Теория и практика

Плюсы и минусы Типовых уставов

Действующие ныне Типовые уставы ООО от Минэкономразвития образца 2018 года содержат больше недостатков, чем преимуществ. 

Но при желании и должном подходе некоторые минусы Типовых уставов можно превратить в их условные плюсы.

Плюсы и минусы Типовых уставов | АЛЬМИРА | 2022

Актуальность — ноябрь 2022

Последние изменения в законы, которые влияют на содержание уставов ООО, внесены:
  • в ГК — 8 марта 2022 года Федеральным законом от 25.02.2022 20-ФЗ
  • в 14-ФЗ — 13 июля 2021 года Федеральным законом от 02.07.2021 354-ФЗ
Следующие внесённые изменения вступят в силу:
  • для ГК — 1 января 2023 года — Федеральный закон от 16.04.2022 99-ФЗ
  • для 14-ФЗ — 1 января 2023 года — Федеральный закон от 16.04.2022 114-ФЗ (ред. от 07.10.2022)
Указанные изменения будут своевременно внесены в материалы данного сайта, в продаваемые в интернет-магазине Уставы от Альмиры и иные документы, за исключением текстов типовых уставов.
В Приказ Минэкономразвития от 01.08.2018 №411 «Об утверждении типовых уставов, на основании которых могут действовать общества с ограниченной ответственностью» изменения ни разу не вносились и новый Приказ о Типовых уставах Минэкономразвития не издавался.

Легенда

Текст, набранный цветным шрифтом в законах, комментариях и уставах, является гиперссылкой:
  • лиловый — сведения, которые всегда должны содержаться в уставе (нетиповом)
  • синий — некоторые (не все) императивные нормы законов, в том числе, воспроизведённые в уставах
  • зелёный — правила диспозитивных норм, которые действуют по умолчанию, в том числе, и воспроизведённые в уставах
  • золотистый — варианты диспозитивных правил, которые предусмотрены законами и которые можно выбрать, указав их в уставе, а также те, которые выбраны и указаны в данном уставе
  • светло-синий, светло-зелёный или светло-золотистый — вопросы компетенции собрания и совета директоров
  • красный — вопросы компетенции собрания, решения по которым принимаются всеми участниками общества единогласно
Обязательные для устава индивидуальные сведения подсвечены жёлтым.
Гиперссылки в законах на иные положения этого же закона или на другие законы подчёркнуты сплошной линией.
Гиперссылки на внутренние или внешние противоречия в законах набраны красным.
В типовых уставах — несоответствия закону набраны красным, внутренние противоречия подсвечены жёлтым.
В статьях гиперссылки обычно набраны шрифтом синего цвета с подчёркиванием или без.
В ссылках на нормы сначала идёт указание на закон:
далее цифры через тире означают:
  • номер статьи — номер пункта — номер абзаца и (или) подпункта.

Минусы Типовых уставов

В нынешних Типовых уставах больше минусов, чем плюсов.

То, что вкладывали законодатели в утверждённый Государственной думой Федеральный закон №209-ФЗ (О Типовых уставах), разработчиком Типовых уставов не было реализовано должным образом.

Внешняя атрибутика соблюдена.

Типовые уставы не содержат индивидуальных сведений об обществе. Не надо тратить время, силы и деньги на их разработку. Их не надо распечатывать и представлять при государственной регистрации общества.

Всё так.

Но вместо того, чтобы действительно помочь предпринимателям в создании и легализации их бизнеса, разработчик Типовых уставов поставил над многими предпринимателями, которые решат воспользоваться подобными Типовыми уставами, судебный эксперимент.

В этом он сам признаётся, сознательно введя в большинство Типовых уставов положения противоречащие закону:

«По своему значению типовые уставы по мере накапливания судебной практики станут равны обычным дефолтным правилам закона — предусмотренным законом правилам, которые применяются, если иное не установлено уставом.»

То есть, иными словами, разработчик Типовых уставов предпринял попытку Типовыми уставами подменить принятые Государственной думой, одобренные Советом Федерации и подписанные Президентом России законы.

Регистрация Министерством Юстиции Приказа Министерства экономического развития «Об утверждении типовых уставов ...» формально является признанием их легитимности, например, для судов.

Но так ли это на самом деле?

Считаю, что — нет.

И дело не только в мелких недочётах, таких, как неупоминание во всех 36-ти Типовых уставах о наличии или отсутствии в обществе печати или об указании также во всех 36-ти Типовых уставах об обязании хранить указанные в законе документы по месту нахождения единоличного исполнительного органа (ЕИО). Это — мелочи, которых, впрочем, можно было бы и не допускать в государственных документах.

Это же несложно?

Сложнее с другим.

Так 32 Типовых устава из 36-ти содержат внутренние противоречия. Одно, два или три. Это:

Кроме этого, шесть Типовых уставов содержат устаревшую норму закона о направлении участником обществу заявления о своём выходе из общества.

При этом 26 Типовых уставов содержат одно положение, которое противоречит закону, 14 из них содержат два и более противоречия закону. Это:

Некоторые Типовые уставы содержат весь набор указанных проблем. Это хорошо видно на Цветовой карте Типовых уставов.

Из 36-ти Типовых уставов оказались лишь два, в которых нет ни одного указанного противоречия или несоответствия (кроме сведений о печати и месте хранения документов общества).

Это Типовые уставы №3 и №21.

И так получилось, что это уставы с практически одинаковым набором правил.

Отличаются они лишь пунктом 9 (о способе подтверждения принятых общим собранием решений и составе участников при этом присутствующих). В Типовом уставе №3 это осуществляется путём нотариального удостоверения. В Типовом уставе №21 — путём подписания протокола всеми участниками, которые приняли участие в собрании.

Выбор оказался не так велик, как представлялся раньше.

Цветовая карта Типовых уставов

Сводная интерактивная карта Типовых уставов.

Цветом выделены уставы, содержащие внутренние противоречия
и/или несоответствия действующему законодательству.

Типовой устав содержит:

устаревшую норму закона

одно положение, которое противоречит закону

два и более положения, которые противоречат закону

одно внутреннее противоречие

два и более внутренних противоречия

требование обязательного нотариального удостоверения всех решений общих собраний участников

(подчёркнуто)

Типовые уставы и круглая печать

В Типовых уставах положение о наличии (или об отсутствии) печати не содержится. При этом абзац 2 пункта 5 статьи 2 14-ФЗ устанавливает, что:

«Сведения о наличии печати должны содержаться в уставе общества.»

Такая формулировка диспозитивного правила закона допускает неоднозначное толкование.

Одни считают, что в уставе должно быть обязательное указание не только на наличие печати у общества, но также и на её отсутствие, если участники общества решили не использовать печать в своей деятельности.

Другие считают, что правило об отсутствии печати у общества является «дефолтным», то есть правилом, действующим по умолчанию, даже в случае не указания этих сведений в уставе.

Разработчик Типовых уставов, видимо, относится к последним.

Ни в одном Типовом уставе нет никаких сведений о наличии или об отсутствии печати у общества. И таким образом подразумевается (по мнению их автора), что все общества, которые действуют на основании любого Типового устава, действуют без печати.

Считаю это не совсем корректно.

Раньше, до вступления в силу в апреле 2015 года Федерального закона от 06.04.2015 №82-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части отмены обязательности печати хозяйственных обществ», общество должно было иметь круглую печать, независимо от того, есть ли упоминание об этой печати в его уставе или нет.

Тогда это был императив. И в уставе можно было эту норму закона не цитировать.

После апреля 2015 года эта норма превратилась в диспозитивное правило — общество может иметь печать, а может и не иметь. Но сведения о наличии печати должны содержаться в уставе.

Какое правило здесь «дефолтное», т.е. действующее «по умолчанию», трудно сказать.

При этом указанный закон не обязывал приводить уставы обществ в соответствие с ним. Получалось, что общества, в уставах которых не было сведений о печати (т.к. это был императив и все общества должны были иметь печать), с вступлением в силу этого закона утрачивали возможность использовать круглую печать в своей деятельности.

Но на самом деле подобного не произошло. Такие общества, как использовали печать, так и продолжали, а может и сейчас ещё продолжают её использовать.

В данном случае некорректность (неоднозначность толкования) формулировки закона следует корректировать уставом, т.е. сведения о наличии у общества печати, также как и о её отсутствии необходимо указывать в уставе.

Хранение документов

Во всех Типовых уставах (пункты 12-13) указано, что

«Общество хранит документы ... по месту нахождения его единоличного исполнительного органа ...».

Данное положение устава ООО закону не противоречит, но и не соответствует ему.

Оно воспроизводит недействующую с 30.07.2017 императивную, то есть независимую от устава норму закона о том, что:

«общество хранит документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества»,

При этом, в отличие даже от этой недействующей уже нормы, которая предоставляла обществу право выбора, где хранить документы (устанавливая лишь некоторые требования), указанное положение Типовых уставов определяет, что документы должны храниться только:

«по месту нахождения его единоличного исполнительного органа».

Действующая сейчас, а также уже и на дату утверждения Министерством экономического развития Типовых уставов, статья 50 14-ФЗ, которая устанавливает требования к хранению документов общества и предоставлению информации участникам, не даёт никаких указаний, где должны храниться документы общества и что место хранения документов должно быть указано в уставе.

Подобное положение устава открывает дополнительные, пусть и незаконные, возможности для налоговых органов считать адреса обществ, по которым отсутствуют какие-либо документы из списка, указанного в статье 50 14-ФЗ, недостоверными.

Никаких плюсов данное положение всех Типовых уставов в себе не таит — одни сплошные минусы.

Но в некоторых Типовых уставах (7-12, 25-30) данное положение создаёт и внутреннее противоречие.

В указанные Типовые уставы разработчик внедрил противоречащее действующему законодательству положение (пункты 10-11) о том, что:

«Каждый участник Общества является единоличным исполнительным органом Общества (директором) до тех пор, пока не перестанет быть участником Общества, и самостоятельно действует от имени Общества.».

Т.е. данными Типовыми уставами предусмотрено, пусть и противозаконное, формирование нескольких единоличных исполнительных органов (ЕИО).

При этом в уставах не уточняется по месту нахождения, какого именно из нескольких созданных в обществе ЕИО, будут храниться документы общества.

Или у всех сразу?

Не бывает одной ошибки. Их либо нет совсем, когда человек знает и умеет делать то, что делает, либо их бесконечное множество.

Либо это сделано сознательно. Но это — сомнительно.

Согласие на отчуждение доли участникам

Пунктом 3 в Типовых уставах 5, 6, 11, 12, 17, 18, 23, 24, 29, 30, 35, 36 предусмотрено, что:

«Участник Общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или ее части в уставном капитале Общества одному или нескольким участникам данного Общества с согласия остальных участников Общества.».

Пункт 3 содержит иное, отличное от предусмотренного «по умолчанию» вторым предложением пункта 2 статьи 21 14-ФЗ:

«Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества.»

правило.

Участник может совершить указанную сделку только с согласия остальных участников общества.

При этом порядок и сроки получения такого согласия законом не отрегулированы и Типовым уставом не определены.

Что делать участнику, желающему осуществить отчуждение своей доли другому участнику, если остальные участники не отказывают, но и согласия на такую сделку не дают?

Законом это не предусмотрено.

Типовыми уставами тоже.

Согласие на отчуждение доли третьим лицам

Пунктом 4 в Типовых уставах 1, 2, 5-8, 11-14, 17-20, 23-26, 29-32, 35, 36 предусмотрено, что:

«Участник Общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или ее части в уставном капитале Общества третьим лицам с согласия остальных участников Общества.».

Пункт 4 устанавливает необходимость получения согласия остальных участников на отчуждение участником своей доли или её части третьим лицам.

Причём согласие остальных участников необходимо как при продаже доли, так и при отчуждении её иным образом, например, при дарении.

Законом возможность предусмотреть в уставе необходимость получения согласия участников на продажу участником своей доли или части доли третьему лицу косвенно предусмотрена первым предложением пункта 10 статьи 21 14-ФЗ.

Но закон не определяет, как участники могут воспользоваться своим преимущественным правом покупки доли или части доли, предлагаемых для продажи третьим лицам в случае, если уставом предусмотрена необходимость получения согласия этих же участников на эту же продажу.

Типовыми уставами подобный механизм также не определён.

Такая конструкция устава формирует внутреннее противоречие, которое невозможно преодолеть в случае, если участник решит продать свою долю третьему лицу.

Законом «по умолчанию» предусмотрен тридцатидневный срок со дня (с даты) получения обществом оферты, как на дачу участниками согласия на продажу доли, так и на реализацию ими же своего преимущественного права покупки этой доли.

Что, например, будет с частями доли, которые некоторые участники уже приобрели, воспользовавшись своим преимущественным правом, а другие участники после этого представили в общество свои заявления об отказе от дачи согласия на продажу доли или части доли участника?

Идти в суд и накапливать для разработчика Типовых уставов судебную практику?

Выход из общества

Шесть Типовых уставов (2, 8, 14, 20, 26, 32) предусматривают право участника выйти из общества по заявлению, но содержат при этом устаревшую норму закона.

Первая часть первого предложения пункта 7 указанных Типовых уставов:

«Участник вправе выйти из Общества независимо от согласия других его участников и Общества»

почти соответствует первому предложению пункта 1 статьи 26 14-ФЗ:

«Участник общества вправе выйти из общества путём отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества»

и почти дословно воспроизводит первый абзац пункта 1 статьи 94 ГК:

«Участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества путём:»,

предусматривая возможность выхода участника из общества по заявлению.

Но вторая часть первого предложения пункта 7:

«, направив заявление об этом Обществу»

не соответствует указанному выше первому предложению пункта 1 статьи 26 14-ФЗ и подпункту 1) пункта 1 статьи 94 ГК:

«подачи заявления о выходе из общества, если такая возможность предусмотрена уставом общества;».

В законах сказано не о «направлении заявления обществу», а о «подаче заявления» (без уточнения кому).

Ранее, до 11.08.2020, т.е. до вступления в силу законов №251-ФЗ и №252-ФЗ доля выходящего участника в соответствии с подпунктом 2) пункта 7 статьи 23 14-ФЗ переходила к обществу с даты:

«получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества».

Теперь эта императивная норма (т.е. правило, которое нельзя изменить уставом) изменилась.

Теперь участник для того, чтобы выйти из общества по заявлению ни в общество, ни куда бы то ни было ещё своё заявление не направляет. Это в соответствии с новым пунктом 1.1 статьи 26 14-ФЗ делает нотариус:

«Нотариус, удостоверивший заявление участника общества о выходе из общества, в течение двух рабочих дней со дня такого удостоверения подаёт в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявление о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц».

Таким образом, чтобы выход участника состоялся, нотариус, должен сам подготовить заявление участника о его выходе из общества и удостоверить его. Также нотариус сам подготавливает форму Р13014 для внесения соответствующих изменений в ЕГРЮЛ и направляет её в регистрирующий орган. При этом заявителем также является нотариус. Примерно, как при сделках с долями.

Заявление о выходе и копию формы Р13014 в общество также направляет нотариус по адресу, указанному в ЕГРЮЛ. Именно поэтому многие нотариусы отказываются оформлять выход участника при имеющейся в ЕГРЮЛ записи о недостоверности адреса общества.

Также в соответствии с изменённым подпунктом 2) пункта 7 статьи 23 14-ФЗ доля теперь переходит к обществу не с даты получения обществом заявления участника о его выходе из общества, а с даты:

«внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц в связи с выходом участника общества из общества».

Да, эти изменения ГК и 14-ФЗ произошли уже после того, как были утверждены Типовые уставы. Но этот пример ещё раз подтверждает нецелесообразность переписывать в устав императивные нормы законов (т.е. те нормы, которые действуют независимо от того, указаны они в уставе или нет).

По выражению К.Чуйченко (об императивных нормах в уставах обществ):

«В этом нет никакого здравого смысла. Поскольку то, что написано в законе, будет применяться независимо от того, будет это инкорпорировано в учредительные документы или нет.»

Теперь вторая часть первого предложения данного пункта Типового устава:

«, направив заявление об этом Обществу»

перестала соответствовать закону.

Минэкономразвития пока не привело Типовые уставы в соответствие с действующим законодательством. Похоже, что и не собирается. А не было бы этого императива в Типовых уставах, то и изменения в них при изменении законов вносить не пришлось.

В данном случае это, конечно, не смертельно, но может кого-то ввести в заблуждение.

Преимущественное право

Пункт 7, дополнительно вставленный разработчиком в Типовые уставы 4, 10, 16, 22, 28, 34 (из-за чего произошла сдвижка нумерации последующих пунктов в этих уставах):

«7. Участники Общества не обладают преимущественным правом покупки доли или части доли участника Общества, который производит ее отчуждение третьим лицам»,

Содержит положение, противоречащее закону.

14-ФЗ и ГК императивно (т.е. без возможности установления в уставе иного) закрепляют за участниками общества их преимущественное право покупки доли или части доли участника, который намерен продать их третьему лицу.

В юридических кругах ведутся дискуссии о возможной диспозитивности преимущественного права, т.е. возможности отменять его уставом общества по соглашению участников. Об «автономии воли».

Минэкономразвития разрабатывает законопроект, который диспозитивно (т.е. если это предусмотрено уставом) расширяет преимущественное право покупки участниками доли или части доли другого участника при отчуждении им их по иным, чем договор купли-продажи, основаниям (договор дарения, договор мены, соглашение об отступном и т.п.).

Но даже в законопроекте от Минэкономразвития и речи нет о возможности отмены уставом преимущественного права других участников при продаже участником своей доли третьим лицам.

Разработчик Типовых уставов считает, что:

«... регулирование ООО основано на принципе диспозитивности. То есть не требуется обязательно указывать в законе на допустимость установления иного в уставе. Такая возможность следует из того, что участники свободны, хотя и в определенных пределах в рамках защиты третьих лиц, основ правопорядка и нравственности, устанавливать правила, которые наиболее удобны для них.»

В подтверждении своей позиции разработчик Типовых уставов ссылается на единственный источник — на свой же Краткий очерк:

Кузнецов А. А. Пределы автономии воли в корпоративном праве. Краткий очерк. М.: Статут, 2017.

Наверное, это хороший тон — в подтверждении своей позиции ссылаться только на самого себя.

Теперь ждём «накопления судебной практики».

Исполнительные органы

Генеральный директор избирается собранием

Первая часть пунктов 10-11:

«Руководство текущей деятельностью Общества осуществляет единоличный исполнительный орган Общества (генеральный директор)»,

практически дословно воспроизводит первую часть пункта 4 статьи 32 14-ФЗ:

«Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества ...».

Указания в уставе наименования должности единоличного исполнительного органа (ЕИО) закон не требует.

Закон требует лишь, чтобы наименование должности ЕИО (лица, действующего без доверенности) содержалось в сведениях ЕГРЮЛ.

Указание наименования должности ЕИО в Типовых уставах (генеральный директор, директор) ограничивает возможность учредителей (участников), определить это наименование по своему усмотрению (также, как они, например, самостоятельно определяют фирменное наименование своего общества) и указать его в соответствующем заявлении для внесения в сведения ЕГРЮЛ.

Вторая часть данных пунктов:

«, который избирается общим собранием участников Общества сроком на пять лет.»

практически дословно воспроизводит первую часть первого предложения пункта 1 статьи 40 14-ФЗ:

«Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определённый уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.»

о том, что ЕИО (генеральный директор) избирается на срок пять лет.

Указание в уставе, которым не предусмотрено образование совета директоров, сведений о том, что ЕИО избирается собранием, не является обязательным. Для данного устава это императив.

Определение же срока, на который избирается ЕИО, в уставе в соответствии с указанной выше нормой закона является обязательным.

При этом в ЕГРЮЛ этот срок не указывается.

Лучше было бы наоборот.

Тогда учредители (участники) — пользователи Типового устава могли бы сами определить срок полномочий их ЕИО. Да и контрагенты могли бы видеть этот срок в открытом доступе онлайн.

Возможно, когда-нибудь в будущем так оно и будет.

Каждый участник — самостоятельный директор

Типовые уставы под номерами: 7-12, 25-30 содержат противоречащее действующему законодательству положение (пункты 10-11):

«Каждый участник Общества является единоличным исполнительным органом Общества (директором) до тех пор, пока не перестанет быть участником Общества, и самостоятельно действует от имени Общества.»

Данный пункт полностью противоречит не только действующему законодательству, но и здравому смыслу.

Конструкция ведения дел, когда каждый участник действует от имени своей организации, предусмотрена ГК лишь для полных товариществ (пункт 1 статьи 72 ГК):

«Каждый участник полного товарищества вправе действовать от имени товарищества, если учредительным договором не установлено, что все его участники ведут дела совместно, либо ведение дел поручено отдельным участникам.»,

к которым общество с ограниченной ответственностью никак не относится, да и участники полных товариществ при этом не превращаются в его органы.

В обществах с ограниченной ответственностью в соответствии с абзацем 5 пункта 2 статьи 65.3 ГК и пунктом 1 статьи 40 14-ФЗ образование (избрание) единоличного исполнительного органа (ЕИО) общества отнесено к исключительной компетенции собрания (в случае, если в обществе не создан совет директоров и уставом этот вопрос не отнесён к его компетенции).

Но это ещё не всё.

В указанных пунктах Типовых уставах установлено, что

«Каждый участник Общества является единоличным исполнительным органом Общества (директором) ... и самостоятельно действует от имени Общества.».

При этом разработчик Типовых уставов даёт отсылку к абзацу 1 пункта 3 статьи 65.3 ГК:

«Уставом корпорации может быть предусмотрено предоставление полномочий единоличного исполнительного органа нескольким лицам, действующим совместно, или образование нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга.».

ГК предусмотрена возможность уставом предоставить полномочия ЕИО нескольким лицам, действующим совместно, или образовать несколько ЕИО, которые будут действовать независимо друг от друга.

Это совершенно разные, но возможно, и пересекающиеся действия. В данном случае союз «или» есть не строгая дизъюнкция, то есть объединяющая, а не исключающая.

Иными словами:

  • совместно могут действовать только лица, которым предоставлены полномочия какого-то одного ЕИО,
  • независимо могут действовать только разные органы — ЕИО (т.е. имеющие разные наименования должностей), если их образование предусмотрено уставом. В этом случае уставом должны быть определены не только разные наименования должностей, но и непересекающиеся полномочия каждого из таких ЕИО.

Указанными Типовыми уставами не определены разные полномочия для разных ЕИО, а дана лишь в пунктах 10-11 общая отсылка к закону.

Что такое исполнительные органы, которые «действуют самостоятельно» ГК не определено. Впрочем, как и предложенный указанными пунктами способ формирования ЕИО.

Так что «действовать самостоятельно», то есть так, как не предусмотрено законом, могут, видимо, только те ЕИО, которые и сформированы так, как не предусмотрено законом.

Все участники совместно осуществляют полномочия директора

Типовые уставы под номерами: 13-18, 31- 36 содержат противоречащие действующему законодательству положения.

Первый абзац пунктов 10-11:

«При наличии в Обществе более одного участника каждый участник Общества, действуя совместно с остальными участниками Общества, осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа Общества (директора) до тех пор, пока не перестанет быть участником Общества.»

По задумке разработчика Типовых уставов, в обществе, которое будет действовать на основании такого Типового устава, образовывается один единоличный исполнительный орган (ЕИО). Полномочия этого ЕИО автоматически предоставляются всем участникам общества, которые действуют совместно.

Это противоречит действующему законодательству.

Во-первых, в обществах с ограниченной ответственностью в соответствии с абзацем 5 пункта 2 статьи 65.3 ГК и пунктом 1 статьи 40 14-ФЗ образование (избрание) ЕИО отнесено к исключительной компетенции собрания (в случае, если в обществе не создан совет директоров и уставом этот вопрос не отнесён к его компетенции).

Во-вторых, в соответствии с тем же пунктом 1 статьи 40 14-ФЗ:

«Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определённый уставом общества».

Но срок полномочий ЕИО, порядок формирования которого предусмотрен пунктами 10-11 в данной редакции, не определён.

Более того, он равен бесконечности (т.е. вплоть до прекращения самого общества).

И поскольку в обществе не может не быть ни одного участника, то полномочия такого ЕИО не могут никогда прекратиться досрочно.

Второй абзац пунктов 10-11:

«В случае если в Обществе только один участник, такой участник Общества обладает полномочиями единоличного исполнительного органа Общества (директора) до тех пор, пока не перестанет быть участником Общества, или до тех пор, пока в Обществе не станет более одного участника.»

определяет порядок формирования и деятельности ЕИО в обществе, состоящем из единственного участника.

Единственный участник обычно действительно является и ЕИО этого общества, а при смене участника меняется и ЕИО.

Но предложенный разработчиком Типовых уставов принцип формирования ЕИО противоречит действующему законодательству (смотри комментарий к первому абзацу).

ЕИО в Типовых уставах — выводы

В своих пояснениях «Как работать с новыми уставами. Ответы разработчика» разработчик Типовых уставов к.ю.н. (ныне уже д.ю.н.) А.Кузнецов пишет:

«Что писать в типовых уставах, какими им быть, определялось исходя из того, что ГК и Закон об ООО содержат ряд диспозитивных правил, которые позволяют ООО самостоятельно решать отдельные вопросы в рамках своих уставов. Охватить все возможные варианты попросту невозможно, поэтому в итоге отобрали наиболее часто используемые в хозяйственной практике опции

Интересно было бы посмотреть хотя бы на один из трёх миллионов уставов действующего или когда-либо действовавшего ООО, в котором бы на практике использовалась опция такого формирования ЕИО.

При этом, разработчик Типовых уставов в своих комментариях делает уже упомянутую выше оговорку:

«По своему значению типовые уставы по мере накапливания судебной практики станут равны обычным дефолтным правилам закона — предусмотренным законом правилам, которые применяются, если иное не установлено уставом.»

Выводы может каждый для себя сделать сам.

Считаю, что Типовые уставы под номерами: 7-18, 25-36 не стоит использовать обществами, участники-«директоры» которых не желают быть использованы в качестве подопытных кроликов, накапливающих на своём опыте судебную практику, которая будет по мнению их автора — А.Кузнецова превращать Типовые уставы в «дефолтные правила» закона, подменяя собой функции Государственной думы, Совета Федерации и Президента одновременно.

Может быть, следует сначала законы изменить, а не превращать в законы Типовые уставы, пусть даже и в «дефолтные»?

От этих несуразностей свободны оставшиеся двенадцать Типовых уставов под номерами: 1-6, 19-24. При этом десять из них содержат ряд иных недостатков, которые, однако, можно попытаться превратить в условные преимущества при переходе на Типовой устав.

Устаревшие нормы и правила

В ныне действующих типовых уставах содержатся положения, которые воспроизводят ранее действующие, а сейчас уже устаревшие императивные нормы закона.

Причём одна из них (пункт 12-13) — о месте хранения документов общества к моменту утверждения Типовых уставов Министерством экономического развития в 2018 году не действовала уже ровно один год.

Другая (пункт 7 в Типовых уставах 2, 8, 14, 20, 26, 32) — о порядке выхода участника из общества по заявлению «устарела» ровно через 10 дней, после утверждения Минэкономразвития Приказа о Типовых уставах.

То, что такие изменения в ГК и 14-ФЗ готовятся было известно заранее. По крайней мере, за полтора года до утверждения Типовых уставов эти законопроекты были вывешены на площадке regulation.gov.ru для обсуждения и проведения антикоррупционной экспертизы.

Ещё одно положение Типовых уставов (пункты 9-10 во всех Типовых уставах) о порядке подтверждения принятия собранием участников решения и состав участников, присутствовавших при его принятии, почти дословно воспроизводит первый абзац пункта 3 статьи 67.1 ГК:

«Принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения на заседании и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении ...»

В Типовых уставах только пропущено «на заседании». В эту норму ГК уже дважды после утверждения Типовых уставов вносились изменения: 01.10.2019 ФЗ №34-ФЗ и 28.06.2021 ФЗ №225-ФЗ.

В данном случае законодатель уже дважды уточнил, что речь здесь идёт исключительно о подтверждении решений собрания, принятых на заседании, то есть собрания, проводимого в очной форме.

Но это одно из самых, на мой взгляд, безобидных несоответствий Типовых уставов действующему законодательству.

Плюсы Типовых уставов

Несомненным плюсом Типовых уставов является простота регистрации (создания) нового ООО.

Правда, это относится не ко всем Типовым уставам, а только к двум — №3 и №21, как наименее токсичным.

Регистрация ООО с другими Типовыми уставами также не должна вызвать сложностей, но лучше этого не делать.

Хотя ...

Другие Типовые уставы лишены каких-либо явных (официальных) достоинств.

Но некоторые недостатки некоторых Типовых уставов можно при желании и необходимости конвертировать в некую сомнительную пользу.

Типовой устав с одним учредителем за один день

При всё моём отрицательном отношении к ныне действующим Типовым уставам, я всё же рекомендовал бы начинающим предпринимателям, которые единолично решили открыть своё первое ООО, воспользоваться Типовым уставом.

Но не любым, а Типовым уставом №3 или №21.

Они содержат меньше всего ошибок и неточностей, которые начинающим предпринимателям никак повредить не могут.

Эти Типовые уставы отличаются лишь тем, что в Типовом уставе №3 принятие собранием решения и состав участников, присутствовавших при его принятии, подтверждаются путём нотариального удостоверения, а в Типовом уставе №21 —путём подписания протокола собрания всеми участниками, что для общества с одним участником не принципиально.

Единственное, что при использовании любого Типового устава, общество не сможет использовать в своей деятельности круглую печать. Но некоторые это даже приветствуют.

Существенный плюс — регистрацию ООО с Типовым уставом, когда единственный учредитель является и генеральным директором можно осуществить всего лишь за один день и абсолютно бесплатно.

Использовать Типовой устав в ООО с двумя и более учредителям (участниками) не рекомендуется. В этом случае следует использовать индивидуальный устав ООО.

Отмена преимущественного права участников

С одной стороны, ни ГК, ни 14-ФЗ не предусматривают возможность отменить уставом преимущественной право участников общества.

(Ссылки дать не могу, т.к. не на что.)

Уставом можно менять лишь некоторые условия реализации этого преимущественного права (цена, сроки и т.д.). Но отменить — нельзя.

Это — неподвластный уставу императив.

С другой стороны, разработчик Типовых уставов в Типовых уставах 4, 10, 16, 22, 28, 34 своим волевым решением всё же отменил преимущественное право у участников.

При этом в подтверждении такого своего действия он ссылается лишь на один источник — на свою же публикацию.

Регистрация же всех Типовых уставов (Приказа об их утверждении) в Министерстве юстиции формально означает, что все уставы полностью соответствовали действующему на тот момент законодательству.

И суды не могут в этом усомниться. (Пока не оспорен этот нормативный акт.)

По странному стечению обстоятельств (по данным из открытых источников) разработчик Типовых уставов тогда работал не в Министерстве экономического развития, т.е. специально уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, который утверждает Типовые уставы, а в Министерстве юстиции, которое эти уставы регистрирует, т.е. проверяет их на соответствие закону.

После этого, уже в 2020 году появилось одиозное Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 г. №306-ЭС19-24912.

В нём, в частности, написано:

«...в силу презумпции диспозитивности, положенной в основу регулирования общества с ограниченной ответственностью, все правила, касающиеся ограничения отчуждения доли в уставном капитале третьим лицам, включая право преимущественной покупки доли, могут быть изменены или полностью отменены уставом общества

Теперь разработчик Типовых уставов мог бы в своих экзерсисах с отменой уставом преимущественного права участника ссылаться не только на себя.

Или не мог?

По странному стечению обстоятельств (по данным из открытых источников) разработчик Типовых уставов тогда работал не только в Министерстве юстиции.

«Так, в этот период А.А. Кузнецов был основным автором всех разъяснений ВАС РФ и ВС РФ по корпоративному праву и участвовал в реализации ряда крупных реформ корпоративного законодательства (в т.ч. главы 4 ГК РФ о юридических лицах), коснувшихся институтов исключения участника, косвенных исков, крупных сделок и сделок с заинтересованностью, права участника на информацию, права выхода из ООО, типовых уставов и др.»

Как бы то ни было, в случае, если некоторые участники какого-то ООО захотят лишить себя и всех других (в том числе миноритариев, которые могут быть и против этого) участников преимущественного права покупки доли или её части, то они могут это сделать перейдя на один из Типовых уставов — 4, 10, 16, 22, 28 или 34.

Каждый из них имеет и других своих тараканчиков, но зато есть выбор.

Формально в соответствии с подпунктом 2) пункта 2 статьи 33 и с первым абзацем пункта 8 статьи 37 14-ФЗ переход с обычного устава на любой Типовой осуществляется по решению собрания, которое принимается большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников общества.

Знаю некоторые общества, которым такое очень бы пригодилось.

Сам я подобное пока не пробовал. Эксперимент ни над кем ещё не ставил.

Так что считайте это моим «вредным советом».

В место заключения

Наверняка, Типовые уставы таят в себе ещё много и иной пользы.

Как обнаружу — сразу же здесь напишу. Таить не буду.